RSS

Новый День

"Храм есть храм, а Бог есть Бог, и вечность не пройдет" — 135 лет назад родился Валерьян Тарноградский

  •      0

20 августа исполнилось 135 лет со дня рождения в Уланове на Виннитчине поэта Валерьяна Тарноградского. Автор исследования «Вдохновленный Вечностью» историк Константин Завальнюк рассказал корреспонденту Gazeta.ua:

Валерян Тарноградский — поэт уникальный, таких было мало в Украине, он чувствовал высшие кланы бытия. Поэт очень тонко чувствовал жизнь и природу. Его стихи имеют несколько мистический оттенок и космогонические мотивы. Например:

Дух невідомий, дух крилатий!

Як ніч одягне в сині шати

Ліси і степ, і все кругом,

До мене нишком він приходить

Розмову мудру він заводить…

Первой заметила Тарноградского Олена Пчилка, которая поддерживала его материально. В предисловии к его сборнику «Барвінковий цвіт», который вышел в Киеве в 1911 году, она отметила: «Уважаемый автор не гонится лишь за тем, чтобы бренькнуть звонким аккордом: его выражение имеют хорошую рифму, хороший размер и плавность речи».

Отца Валерьяна Тарноградского выгнали в 1885 году из Киевского университета за участие в студенческих беспорядках, где получил образование поэт?

В год смерти отца — 1890 — Валерьян начал учиться в Каменец-Подольской гимназии. Но вынужден был покинуть через четыре года, потому что не было чем заплатить за обучение. Затем он сдал экзамен на звание народного учителя и начал работать в школах Литинского уезда на Подолье.

Когда начинает писать стихи?

Первые сборники на русском языке вышли в 1902 и 1903 годах в Жмеринке. В течение следующих десяти лет издал еще три. Первое стихотворение на украинском «Всевидящий» напечатал в газете «Подолия» в 1907 году. В ранних его стихах говорилось:

Минуть літа, пройдуть віки,

Як сірі тіні сна,

Засиплють попіл і піски

Славетні імена.

А неба зоряний чертог

Сіяти все буде,

Бо храм є храм, а Бог є Бог,

І вічно не пройде.

Активно писал в течение 1917-1920 годов, когда жил в Киеве. Категорически отказался воспевать политику большевиков, славить вождей. Поэтому не было никаких льгот и даже нормального обеспечения.

«Меня, больного, среди зимы, во время болезни и отпуска по болезни, сняли с места, — писал Валерьян Тарноградский в жалобе в Наркомпрос 18 февраля 1929 года, когда лишился работы в Лелякской школе Жмеринского района. — Сняли благодаря агитации учительницы Срелковой, поддержанной райинспектором Спициным. Стрелкову за хорошее поведение сделали заведующей школы, несмотря на то что она без всякого образования. Но зачем образование, когда в нее полная Жмеринка симпатий и приятелей. А меня «подозревают», как корреспондента. Прошу делу дать ход. Меня переводят на пенсию 15 рублей. Угрожают выбросить из квартиры, арестовать, отдать под суд, а учительница Стрелкова пустила слух, что я сумасшедший. У нее дети в основном, носят помои и воду, рубят дрова… Сама Стрелкова значительную часть лекций просижывает в своей комнате. У нее, видите ли все ухажоры и покровители. Чего стеснятся. Требую компенсации за три месяца, а виновным наказания.»

Добился ли справедливости?

Нет. Переезжает в областной центр, где существует на литературную пенсию 23 рубля. «В Виннице живет в затруднительном положении поэт Тарноградский. Писательской общественности надо помочь поэту улучшить условия его жизни и творческой работы», — писала окружкомовская газета «Красный край».

В защиту стал и литературный критик Феликс Якубовский. Он писал: «Неужели старый и довольно известный поэт-инвалид, имея 30 лет литературного стажа и 33 — педагогического, не заслужил на внимательное отношение к себе. Неужели в городе Коцюбинского ничего не могут сделать, чтобы обеспечить старого поэта, единого из старых писателей, который живет в Виннице?!».

«Если бы мой брат, Николай Тарноградский (двоюродный брат, член ВЦИК, репрессирован в 1938 году), был бы где-то вблизи, он был бы удивлен настоящим моим положением. У меня 35-летний юбилей, а я не имею даже приличных платья и обуви, чтоб показатся на люди», — писал Валерьян Тарноградский в Винницкий обком.

С приходом немцев поэт работает в газете «Винницкие вести», которую редактировал Михаил Зеров (Михаил Орест) — родной брат Николая Зерова. На страницах газеты он проникновенно откликнулся на раскопки жертв НКВД в городском парке:

За те, що рідний край любили —

В ямах… Кров в серці застига…

Згадай синів твоїх могили,

Вкраїно, мати дорога!

С приближением фронта в Винницу Тарноградский переезжает во Львов, а затем в Варшаву, но затем возвращается обратно. Почему так поступил?

Видимо из-за нехватки средств и плохого знания языка, он решил вернуться. Время было военное, поэтому найти работу и жилье было очень сложно. Поэтому он голодным и измученным вернулся домой. В Жмеринке его в полусознательном состоянии задержала милиция. Доставили в райбольницу. Когда немного окреп, жена забрала его домой. Но 17 июля 1944 года его арестовали сотрудники НКВД, обвинили в сотрудничестве с немцами и измене.

«За немцев я не был. Я больше разделял взгляды националистов, ведущих борьбу за «самостийну Украину», то естья являюсь националистом», — заявил Тарноградский на одном из допросов. В конце сентября вынесли приговор «18 лет каторжных работ». 19 мая 1945 года Валерьян Тарноградский умер в лагере в Иркутской области.

Какая судьба его семьи?

Жена Надежда Захаровна тихо доживала свой век в Виннице. Последнее упоминание о нем связано с кражи. В начале 1950-х годов вдову обокрали. Украли кабана весом 55 килограмм. Единственный сын Всеволод, который родился в 1919 году в Киеве, после войны окончил Винницкий медицинский институт и работал во Львове.

Разделы

Система Orphus