RSS

Украинские новости

Американские аргументы, почему США нельзя вооружать Украину

  •      0

Перепечатка блога Джоша Коэна на сайте Reuters:

Военная напряженность между Соединенными Штатами Америки и Российской Федерацией нарастает. 23 июня Пентагон объявил о планах разместить сотни танков, гаубиц и другой техники в Прибалтике и в других восточно-европейских странах-членах НАТО. Россия тем временем наращивает силы в Беларуси и ускорила развертывание ракет «Искандер» в Калининграде, вооруженном до зубов российском анклаве между Польшей и Литвой.

В то время как Соединенные Штаты и Россия должны сделать шаг назад от края пропасти, многие представители администрации Обамы настаивают на опасном шаге к эскалации: отгрузке смертоносного оружия на миллиарды долларов постмайданной власти в Украине.

Лоббирование вооружения Украины началось в феврале, когда три ведущих американских «мозговых центра» выпустили доклад, в котором приводятся аргументы в пользу предоставления Украине смертоносного оружия на 3 млрд долл. После этого Сенат и Палата представителей приняла законодательный акт, призывающий Соединенные Штаты вооружить Украину, а госсекретарь Джон Керри, министр обороны США Эштон Картер и генерал ВВС США и НАТО, Верховный главнокомандующий объединенными вооруженными силами Филипп Бридлав публично поддержали эту политику. По сути, единственный высокопоставленный чиновник, противящийся этому — президент США Барак Обама. Хотя давление на него растет.

Вашингтонская группа, выступающая за эскалацию, указывает на повышения военных затрат в России, увеличение количества российских солдат, погибших в Украине. Кремль скрывает число жертв войны в Украине от российских граждан, чтобы снизить внутреннюю оппозицию. Если масштаб потерь станет достоянием общественности, некоторые американские чиновники утверждают, что Путин вынужден будет отступить из Украины, чтобы предотвратить внутреннюю негативную реакцию.

Этот принцип вполне логичен на первый взгляд, но на практике не учитывает разницы между российским и американским влиянием в Украине. Геополитическая ориентация Киева – это в высшей степени важно для России, в то время как американские интересы по отношению к Украине являются периферийными, и это в лучшем случае. Это тот случай, когда «обязательно надо» для россиян и «было бы неплохо» для Соединенных Штатов.

Если заоблачные рейтинги Путина говорят о том, что он успешно убедил граждан России, что Украина – это экзистенциальная проблема для их страны, то он не может теперь отступить, не подрывая свои политические позиции внутри страны. Поэтому Путин, скорее всего, ответит на усиление киевского военного потенциала удвоением поддержки сепаратистов. В худшем случае Россия может вторгнуться в Украину в открытую. Конечный результат – еще больше смертей и страданий для тех, кто живет в Восточной Украине – это абсолютная противоположность того, что хотел бы видеть Запад.

Те, кто еще сомневается в готовности России к эскалации, должны вспомнить то, что произошло в августе, когда украинские военные были на грани подавления сепаратистов. Путин добавил российских войск на Донбассе и нанес кровавое поражение украинским силам в Иловайске. Российские войска также сыграли ключевую роль, помогая победить киевскую дружину в Дебальцево в феврале. Эти инциденты показывают, что Путин готов обостряться по мере необходимости, а сторонники вооружения Украины не дают удовлетворительного объяснения, почему он не сделает этого снова.

Геополитические интересы России в Украине также сопровождаются жесткой силой. Российские военные обладают тем, что военные стратеги называют «эскалационным доминированием». Даже те, кто призывает вооружить Украину, признают, что американское вооружение не поможет украинской армии отбить прямое наступление российских военных. Если Киев потерпит еще одно существенное поражение, признают ли сторонники вооружения бесперспективность этого шага? Или же они будут ссылаться на «американский авторитет» и требовать еще более жестких контрмер? Как Москва может ответить? Ни на один из этих вопросов нет ясного ответа — как и не ясен итог.

Те, кто поддерживает вооружение Киева, также упускают из виду возможность ассиметричного нагнетания Путиным ситуации за пределами Украины. Россия уже объявила о своем намерении приступить к поставкам в Иран передовых зенитных ракетных комплексов С-300 в 2016 году. Москва обещала сделать это раньше, но затем пошла на попятную, и Путин оставил себе лазейку, говоря, что Москва не будет поставлять С-300 в Иран «в ближайшем будущем».

Однако, если Соединенные Штаты вооружат Украину, Путин может ускорить поставки С-300 в Иран, и, возможно, даже более смертоносные S-400. Эти ракетные комплексы гораздо утруднят для Соединенных Штатов или их союзников проведение воздушных ударов по ядерным объектам Ирана. Приобретение современного оружия укрепит позиции иранских сторонников жесткого курса, которые выступают против ядерной сделки с Западом.

Путин также недавно намекнул, что Россия могла бы поставлять С-300 режиму Асада в Сирии. Израиль, естественно, заволновался, чтобы эти системы не попали в руки «Хезболлы», близкого союзника Асада и заклятого врага Израиля. Беспокойный Иерусалим может нанести превентивный удар еще до того момента, когда С-300 достанут из ящиков, а затем ситуация пойдет по спирали.

Если Путин хочет присоединиться к тройке стран-изгоев, Россия могла бы расширить свои отношения с Северной Кореей. Москва и Пхеньян уже объявили о своих намерениях углублять экономические и политические связи под знаменем «года дружбы». Изгою Ким Чен Ыну было бы выгодно расширить свой ядерный арсенал, чтобы ослабить изоляцию Северной Кореи, что враждебно американским интересам.

Наконец, существует проблема «возвратного эффекта».

В июле прошлого года плохо обученные русские сепаратисты якобы сбили пассажирский самолет с помощью российского зенитно-ракетного комплекса «Бук», погибли все 283 пассажира на борту. В то же время там действуют многочисленные, финансируемые частным сектором, батальоны, поддерживаемые постмайданное правительство. Хотя они номинально находятся под контролем правительства, некоторые из наиболее одиозных батальонов — такие как «Азов» — предупреждают, что могут пойти на Киев, если ситуация в Украине не улучшится.

В этой связи возникает пугающий вопрос: что делать, если американская военная техника, переданная Украине, попадает не в те руки? Мы уже видели подобное. В 1980-е годы Соединенные Штаты поставляли афганским моджахедам, ведущим боевые действия против советской оккупации, зенитные ракетные установки «Стингер» и другое вооружение. Когда советы ушли из Афганистана, Соединенные Штаты собрали вещи и улетели домой — но военная техника осталась там.

Когда марионеточный режим советов рухнул в 1992 году, страна осталась в руках полевых командиров и вооруженных групп. Некоторые отчеты указывают, что эти американские «Стингеры» оказались в таких далеких местах, как Иран, Северная Корея и Ливия, а другие документы фиксируют, что «Аль-Каида» оказался вооружена передовыми американскими снайперскими винтовками.

В последнее время «Исламское государство», как сообщается, захватило у иракских правительственных сил и умеренных сирийских повстанцев «значительные объемы» оружия американского производства. США участвуют в продолжающейся кампании, чтобы ослабить и уничтожить «Исламское государство», но теперь американские военные должны противостоять своему собственному оружию. Украина, безусловно, является более стабильной страной, чем Афганистан, Ирак или Сирия, но, как показывает история, американская военная помощь иногда исчезает.

В то время как Соединенные Штаты действительно должны обеспечить Украине политическую и экономическую поддержку, поставка смертоносного оружия на миллиарды долларов слишком рискованна.

Редакция может не соглашаться с мнением автора. Если вы хотите написать в рубрику «Мнение», ознакомьтесь с правилами публикаций и пишите на [email protected]112.ua.

Система Orphus

Украинские новости © 2010-2021
Копирование материалов разрешено при условии прямой гиперссылки на Украинские новости

Материалы с пометкой «имидж» публикуются на правах рекламы и ответственность за их содержание несет рекламодатель.