RSS

Украинские новости

Если Порошенко будет избран еще на один срок, я так понимаю, у него уже не будет своей фракции

  •      2

Влащенко: Сегодня у нас в гостях народный депутат Алексей Савченко.

Здравствуйте. Г-жа Яресько заявила, что в конце июля Украина может объявить технический дефолт. Что такое «технический дефолт», и на что это повлияет?

Савченко: Во-первых, об этом нужно было сказать намного раньше. Когда оказалось, что часть кредиторов не готова к реструктуризации нашего внешнего долга, реструктуризации процентов — мы все четко поняли, что у нас технический дефолт. На простом гражданине технический дефолт не скажется никак. Это наш суверенный долг и это наши взаимоотношения с  суверенными кредиторами. Опасности нет,  пока нас поддерживают МВФ, ЕС, пока они нас понимают. Мы объявляем, что всем, кому мы должны — мы не можем заплатить. Поэтому —  у нас вот такая программа реструктуризации нашего долга, наших процентов. И это нормально — когда перекладываются сроки отдачи основного долга и процентов или происходит техническая замена бумаг.

— Что будет, если мы не договоримся?

— Насколько мне известно, МВФ и страны-партнеры убеждали нас, что они договорятся с кредиторами. Но сейчас МВФ занял позицию — договаривайтесь со своими кредиторами сами. Это тревожный звонок.

— Почему они не хотят нам помогать? Что мы не делаем не так?

— Мы все делаем не так. Потому что все, что происходит, лежит в плоскости популизма. Конкретная работа между правительством, ВР и комитетом есть, но она больше превращена  в футбол. Нам забрасывается «мяч» и говорится, что надо этот вопрос принять. Если мы этот вопрос не принимаем, или начинаем вносить поправки, включается сразу техническая «артиллерия» — либо со стороны Кабмина, либо со стороны АП. А так не должно быть, потому что у каждого депутата, у каждого экономиста есть вопросы. Много таких моментов, которые происходят неправильно. Вторая составляющая  — коррупция. Все говорят о коррупции, но никто не говорит, сколько должен зарабатывать госслужащий. Все хотят приравнять госслужащего к пенсионеру. Как можно мотивировать человека с такой зарплатой? Поэтому, проблема № 1 — отсутствует четкая коммуникабельность. Она, может быть, наверху существует, внизу —  она отсутствует. Проблема № 2 — коррупционная составляющая, она не исчезла. Проблема № 3 — страна в сложной ситуации. 

— Депутатов тоже хвалить особенно не за что. Дерегуляции бизнеса не произошло. Вы проголосовали за поправки к налоговому кодексу и уничтожили пивную промышленность, проголосовали за закон 1581 и т.д. С одной стороны вы, с другой стороны подходит ГПУ со своими поборами, которые стали еще больше, с третьей стороны  -милиция, у которой свои проблемы. И людям уже все равно, что хочет МВФ.

—  Антикоррупционный комитет рекомендует ВР отставку Шокина. Мы же это уже проходили неоднократно. Это не просто тревожный звонок — это последний, третий звоночек.

—  А вы подписались за его отставку?

— Нет.

— Почему?

— Потому что в законе записано, что надо вызвать руководителя ведомства, который должен отчитаться. А Шокина еще никто не приглашал. Существует определенная процедура, прописанная в законе. Для того, чтобы зарегистрировать постановление о вызове в парламент -нужно 150 подписей. Это технический вопрос. А вопрос стоит о работе самой ГПУ. Раньше, если в ведомстве случалось ЧП  — уходил руководить, а сегодня — извините, я подправлю. Это нонсенс.

— У заместителей генпрокурора в кабинете нашли бриллианты и деньги. Понятно, что генеральному прокурору после этого надо уходить. Вместо этого возбуждается дело против человека, который это все вскрыл. А вы не подписываете его отставку.

— Я не видел документа,  в котором написано, что изъятые деньги и бриллианты — это не вещественные доказательства по другим уголовным делам, которые находятся у данного следователя в его сейфе. Когда проводится обыск — выворачивается просто все. И я не исключаю такую возможность, что в каком-то сейфе было какое-то уголовное дело, и были вещдоки по  этому делу.

— Вещдоки не хранятся в сейфе у заместителя генерального прокурора .

— В связи с тем, что это имущество описано, оно может храниться в сейфе у ответственного работника. Это не запрещает закон.

— Ваши прогнозы, что будет с курсом гривны к осени?

— До конца года я думаю, что будет 26. Это абсолютно нормальная девальвация. И в нашей ситуации, в которой находится экономика — это замечательно. Мы привязаны к траншу МВФ. Насколько я понял — МВФ готово нас поддерживать и другой транш мы получим.

—  Если мы не договоримся с кредиторами — что будет?

— Значит, придется объявлять технический дефолт.

— Как остановить падение ВВП?

— У нас есть Министерство экономики, которое обязано давать ответ на этот вопрос. Инвестор, который приходит сюда, должен понимать, что он будет работать по двум-трем законам. Для роста ВВП нужно создать определенные условия. Например, дайте инвестору бесплатно землю. А система не работает. Существуют коалиционные договоренности, подача коалиционных законов, подача коалиционной поддержки. И когда закон готовит та или иная политическая сила, мы, как партнеры по коалиции — поддерживаем его со своими поправками. Но эти поправки могут быть не учтены.

— Но коалиция обещала сделать разрешительную систему в едином окне, избавив нас от чиновников.

— Мы, как коалиция, пообещали много, и отвечать нам придется за многое. 

— Вас просили просто даже не помогать бизнесу, а сделать так, чтобы бизнесу не мешали. И вы это не сделали.

—  На сегодняшний день, что нам надо делать — я не слышу.

— В стране ничего не меняется, как говорит бизнес, вообще.

—  У нас очень много надзирающих органов. Надо в этом поставить точку. Но я один решить это не могу. Я не голосовал за законы, которые вы сегодня называли — фискальный, валютный. Я вижу очень много популизма, много эмоций, наигранности. Люди приходят в ВР и считают, что трибуна для них — это сцена в театре, или кадр в кино. Поведение и риторика многих ораторов изменится, если выключить на неделю камеры в ВР.  

— Кононенко сказал, что концентрация «идиотов» в парламенте очень велика. А по вашей оценке, сколько это процентов?

— Я не имею права давать подобного рода оценки людям.

— Что конкретно сделали вы в парламенте? Какие законы вы подали?

— Мы подготовили закон об аудите, подали закон о поликлинике, чтобы ее не передавать в МОЗ.

— В чем суть закона об аудите?

— Полностью меняется структура, ответственность и механизм проверки. Сейчас у нас есть государственные организации, где руководители привлечены к уголовной ответственности, или находятся в бегах. На сегодняшний день в этих организациях уже представлены новые руководители. Мы сработали оперативно и отправляем в Счетную палату на проведение тщательного аудита — где имущество, где основные средства, где деньги — этого сделано не было. Этот новый закон меняет и зону ответственности Счетной палаты и других ведомств в том, что сразу, в момент ухода с должности руководителя должен проводиться аудит.

— Вы —  член БПП. Это довольно странно, что президент имеет в парламенте свой блок. Он — арбитр нации, и не должен вмешиваться в политический процесс. Как вы относитесь к тому, что президент демократической страны имеет фракцию своего имени в парламенте?

— Это — наследие прошлого режима и наследие всех тех лет, которые были до сегодняшнего дня. Выборы, которые прошли, были проведены именно так. Насколько я слышал, риторика президента остается однозначной — он максимально отказывается от фракции.

— Что это значит? То, что я слышу — перед каждым патовым голосованием — он приезжает, встречается с вами, воспитывает  вас, прессует. Об этом пишут члены вашей  фракции. Такие вещи скрыть невозможно.

—  Если наш президент будет избран еще на один срок, я так понимаю, у него уже не будет своей фракции. Это первая позиция. Второе — я не знаю,  кто это пишет, я думаю, что это коллеги не с нашей фракции, потому что я хожу на все заседания фракции. За все время работы в парламенте президент приезжал два раза. Он не занимается работой фракции. Мы собирались вместе с ним  всего два раза. Мы просим его собираться чаще. Потому что есть  векторы в политике, которые находятся за пределами наших возможностей и понимания. Чтобы не находиться в догадках — мы можем получить тот или иной ответ с первых уст. Это очень дорогого стоит. Часто тот вектор, который подается на улице, или подается журналистами — это для того, чтобы понравиться обществу, для того, чтобы заработать рейтинги. Все строится на деньгах и на рейтингах.

— Виноваты журналисты?

— Не виноваты журналисты, а все строится на деньгах. Каждый пытается заработать. Завоевать аудиторию больше, получить возможностей больше, получить больше и лучших предложений, работу лучше. И мы прекрасно знаем, как люди, которые завоевывали аудитории, где они сейчас находятся — в том же парламенте. Это конкретный, четкий, правильный подход.

— Может, для того, чтобы бороться с мафией, ее надо возглавить?

— Нельзя стать офицером, не получив военное образование. Должно быть воспитание, это традиции.

— Ваш вопрос?

—  Мне нечего спросить. Я вижу — вы счастливый, целеустремленный, жизнерадостный человек.

— Сегодня в гостях у нас был народный депутат Украины Алексей Савченко. Спасибо большое.

Система Orphus

Украинские новости © 2010-2021
Копирование материалов разрешено при условии прямой гиперссылки на Украинские новости

Материалы с пометкой «имидж» публикуются на правах рекламы и ответственность за их содержание несет рекламодатель.